ТЕМА

Подпольный капитализм. Почему Северной Корее не грозит голод

23 мая 2019 | 10:22

распечатать        комментарии [0]       добавить в

По меньшей мере 10 млн граждан Северной Кореи грозит голод из-за низкого урожая, говорится в докладе, подготовленном Всемирной продовольственной программой (ВПП) ООН и Продовольственной и сельскохозяйственной организацией ОНН. Ой ли?!


Прогнозы ООН о надвигающемся голоде в Северной Корее перестали сбываться с завидной регулярностью

Фото: thesun.co.uk

От собак до корешков

Представитель ВПП Эрве Верхозель указал, что из-за засухи, сильной жары и наводнений урожай в Северной Корее оказался наихудшим за последние 10 лет и стране не хватает почти полтора миллиона тонн продовольствия до следующего урожая. По данным ООН, от хронического недоедания страдают до 43% населения отдельных регионов, каждый пятый ребенок по этой причине отстает в развитии, а государственный паек уменьшен с 380 до 300 грамм в день.

Прочитав заявление ООН, многие представят апокалиптические картины надвигающегося голода, когда жители Северной Кореи сначала съедят всех собак, потом кошек, а потом начнут есть корешки и кору с деревьев.

Один голод и много несбывшихся ужасов 

На самом деле, проанализировав ситуацию, сложившуюся на сегодня, можно с уверенностью сказать, что опасения чиновников ООН многократно завышены и апокалипсис стране не грозит. "ДС" удалось найти подобные заявления в 2011 г.2013 г.,  и даже в 2016 г. Однако данных о массовой гибели от голода северокорейцев именно в эти, спрогнозированные ООН годы, найти не удалось. Конечно, можно сделать скидку на закрытость режима Кимов, из-под железного занавеса которых мало что просачивается, но то, что повторения голода 1995-1999 гг. не было, можно говорить с высокой долей вероятности. А в указанные годы там был самый настоящий голод, вызванный остановкой поддержки северокорейского режима со стороны России и Китая. Голод очень трагично наложился на существовавший тогда уклад северокорейской экономики, а точнее - ее сельского хозяйства, в результате чего умерло, по разным оценкам, от полумиллиона до трех миллионов человек.

Кимунизм

Однако с тех пор в Северной Корее произошли серьезные изменения в экономике, которые практически остались незамеченными в мире, ставящие под сомнение вероятность повторения голода в серьезных масштабах.  Да, страна по-прежнему управляется жесткой диктаторской рукой Ким Чен Ына, как раньше его отцом и дедом. Но, в 2012 г. был реформирован агросектор, система которого и являлась главной причиной голодных смертей. Дело в том, что основоположник корейского государства Ким Ир Сен (дедушка нынешнего руководителя), как утверждал кореист Андрей Ланьков, был сталинистом покруче самого Сталина, заморившего голодом миллионы украинцев. Например, приусадебный участок рядового корейского колхозника мог быть не более чем 100 кв. м, то есть - одна сотка. Понятно, что прокормить семью с такого мизерного земельного надела просто невозможно, тогда как остальная земля, как и выращенный на ней урожай, принадлежали государству. Зерно нельзя было просто купить или продать, власть, устанавливавшая норму выдачи кукурузы и риса каждому корейцу, зорко за этим следила. Нынешний лидер КНДР позволил закреплять за одним или несколькими домохозяйствами отдельное поле, с которого они должны отдавать государству треть урожая, а остальное могут оставлять себе и распоряжаться по собственному усмотрению. Как только крестьяне получили возможность работать не только на государство, но и на себя, положительные результаты не заставили себя ждать - уже в 2013 г. КНДР собрала рекордный за 25 лет урожай зерновых - 5 млн т. В 2014 г. в стране была сильная засуха, которая в обычные годы вызвала бы голод, но вместо этого корейцы собрали еще больше зерна - 5,1 млн т. А в 2015 г. Северная Корея вообще вышла на самообеспечение зерном.

Кроме того, официальные власти стали закрывать глаза на малое подпольное производство всего, что могли произвести и продать (или обменять) граждане. Например, корейцы могли нелегально выращивать на малопригодных участках земли (а местность там гористая, сельхозземли мало) махорку, из которой производился табак, закручивался в доставленную контрабандой из Китая папиросную бумагу (или украденную на местных табачных фабриках), упаковывался и продавался под видом китайских сигарет. Если предприятие было действительно малое, что называется "производство в подвале", чиновники просто закрывали глаза на нетрудовые доходы корейцев, часто - за взятку. И способствовало этому еще и то, что у многих чиновников были свежи в памяти события голода 1990-х - тогда, при жесткой системе распределения продуктов питания по карточкам, взяток почти не было: с одной стороны, за это могли жестко наказать, с другой - взятки давать было нечем. Деньгами? Но куда их можно было потратить, если продовольствие распределяется только по карточкам? В итоге множество честных чиновников в 1990-х просто вымерли с голода, научив своих последователей, что взятки брать можно и даже нужно, если не хочешь, чтобы твоя семья умерла с голоду.

Контрабанда в это время расцвела в КНДР пышным цветом - это только с Южной Кореей граница охраняется как зеница ока, но с Китаем она как проходной двор. Контрабанда идет не только в Северную Корею из Китая, но и в обратном направлении. В частности, в Поднебесную даже массово вывозились для продажи на металлолом станки с остановившихся заводов и фабрик.

Государство в доле

Второй уровень изменений в северокорейской экономике - создание частных компаний. Когда мелкое производство сигарет или крохотная торговая лавочка разрастались, предприниматели задумывались о росте своего бизнеса. Они шли в местные органы власти и там регистрировали компанию - формально как госпредприятие, будь то рыболовецкая фирма, ресторан или даже шахта. Но деньги, необходимые для создания бизнеса, - это накопленный первоначальный капитал корейцев. Такой бизнес создавался не только под "крышей" местных органов власти, но и центральных, включая министерства, военных, партийные структуры и даже контрразведчиков. Например, воинская часть получила возможность заключить внешнеторговый контракт на поставку на экспорт угля. Но у нее нет ни шахт, ни оборудования, ни денег. Тогда она находит частного инвестора, который организовывает весь процесс, а прибыль делится. И все - официально. В итоге выигрывают все: бизнесмен зарабатывает деньги, госорган - реализует контракт и что-то также кладет себе в карман, солдаты срочной службы (она длится 5-12 лет) работают на шахте бесплатно, но и им перепадает бонус - улучшенное за счет бизнеса питание.

Создание таких частных компаний под вывеской государственных охватило множество сфер экономики. Например, после того, как накрылось медным тазом промышленное крупнотоннажное рыболовство, именно за счет такой схемы было создано рыболовство частное, которое специализируется на прибрежном лове. О масштабной роли частного бизнеса говорит хотя бы такой факт, что продажа за границу морепродуктов - одна из трех основных статей доходов от экспорта КНДР. Еще одна - минеральное сырье, и все частные шахты, повторимся, работают под фальшивой вывеской "принадлежит государству".

При этом официальная плата бизнеса государству за "крышу" фиксированная и составляет 30-40%. В этом есть свой плюс - бизнес платит установленную ставку, остальное оставляет себе, а чиновник не лезет с проверками, сколько ты зарабатываешь, главное - плати государству вовремя.

Частный бизнес, которого нет

Есть еще один источник роста северокорейской экономики - сохранившиеся промпредприятия. С 2015 г. они стали получать заведомо заниженное задание на производство определенного объема продукции, а все, что будет выработано свыше этого, можно продавать по рыночной цене, и деньги использовать на покупку сырья или выплату зарплаты рабочим. В итоге рядовой трудяга на заводе в Северной Корее стал зарабатывать $50 долларов в месяц, а высококвалифицированный - все сто.

Развитие бизнеса вызвало и рост в сфере транспорта - корейцы стали покупать в Китае подержанные автобусы и автомобили, появились частные (под государственной вывеской) транспортные компании.

Толчок в развитии экономики подстегнул и жилищное строительство, новые дома стали расти, как грибы после дождя. Однако квартиры там не продаются - они принадлежат государству, и люди с деньгами могут купить не само жилье, а лишь право проживания. Стоит оно немало: квартира в Пхеньяне за $70-100 тыс. - далеко не редкость. Кстати, шабашники, которые выполняют ремонты в новостройках, также неплохо зарабатывают.

В КНДР вследствие этих изменений появились и откровенно богатые люди - на улицах Пхеньяна возле дорогих ресторанов (уже есть и такие) теперь можно увидеть Hummer или Jaguar, а на руках пассажиров элитных авто - швейцарские часы.

Однако об этих фундаментальных изменениях за последние два десятка лет власти предпочитают не говорить вслух - частного бизнеса в КНДР официально не существует, о нем не пишут в газетах и не говорят дикторы телевидения. Официально северокорейцы продолжают строить коммунистическую экономику. Поэтому и право на частную собственность, будь то бизнес или квартира, не оформляется юридически. Частного бизнеса в КНДР как бы не существует. Он не упоминается в официальных документах (по крайней мере, в незасекреченных), о нем не говорят с трибун партийные чиновники. Правильно оценить объем частного бизнеса невозможно - Северная Корея с 1960 г. не обнародует никакой достоверной статистики. Однако, по оценкам Андрея Ланькова, это может быть от четверти до половины валового национального продукта.

Так что Северная Корея уже совсем не та, что раньше. Корейцы получили больше экономической свободы и больше возможностей заработать. Поэтому и голода, скорее всего, не будет - бизнес, научившийся открывать дорогие рестораны и покупать "Хаммеры" и швейцарские часы, свою страну уж как-нибудь прокормит.

"Деловая столица"



Комментировать статью
Автор*:
Текст*:
Доступно для ввода 800 символов
Проверка*:
 

также читайте

по теме

Проклятие Тьюринга: за что судили известных ученых и что с ними стало

12. 06. 2019 | 16:05 , Дарья Гернер

Преступления совершаются ежедневно, людьми совершенно различных профессий. Но как реагировать государственным властям и правоохранительным органам, если преступником оказывается талантливый ученый, который может принести огромный вклад не только в масштабах своей страны, но и мира? Если отбросить печальный исторический опыт советских времен, — шарашки или особые технические бюро, процветавшие во времена сталинского ГУЛАГа, технические инструменты, необходимые для экспериментов, тестов и научных открытий, не располагают к тому, чтобы работать с ними в местах не столь отдаленных. Да и отношение научного сообщества к ученому, совершившему то или иное правонарушение, может измениться в худшую сторону, и тогда его материалы постараются не использовать и не упоминать в научных трудах. «Хайтек» сделал подборку историй ученых, которые предстали перед судом.

фототема (архивное фото)

© фото: Reuters

Недавно жители Судана провели свои первые выборы за последние 20 лет. Суданская женщина с типичной для представителей племени нуэр скарификацией. В племени нуэр делают подобные отметины на лице во время ритуала вступления во взрослую жизнь. фото Finbarr O'Reilly

   
новости   |   архив   |   фототема   |   редакция   |   RSS

© 2005 - 2007 «ТЕМА»
Перепечатка материалов в полном и сокращенном виде - только с письменного разрешения.
Для интернет-изданий - без ограничений при обязательном условии: указание имени и адреса нашего ресурса (гиперссылка).

Код нашей кнопки:

  Rambler's Top100