Имперский кураж

Не взирая на раннее время суток Васильев был в меру нетрезв. Я сразу опознал в нем истово пьющего человека. Подкупающе прост в общении, умен и чертовски талантлив. Это я знал со времен сотрудничества с «Коммерсантом», где Васильев начинал завотделом криминала. Он создал это феерическое издание, славное искусством заголовка, превзошедшим таковое даже в «Комсомольской правде», с которой я тоже сотрудничал, посему мог сравнить.

Васильев звал работать в свой украинский проект, при этом предлагая весьма скромную зарплату. На мое замечание, что я стою дороже, тот запел видимо заученную песнь о том, что это отличный шанс сделать себе имя и подняться выше по иерархии. Он привел пример какой-то молодой журналистки, после «Коммерса» оказавшейся в кремлевской пресс-службе. Мне к тому времени уже ничего не нужно было никому доказывать, а на Банковую меня не тянуло по умолчанию. Выпили еще по кружке и разошлись.

Впрочем, Васильев не врал. В новом издании трудился небезызвестный Мустафа Наем, сделавший в последствии головокружительную карьеру, ворвавшись в пул топ-чиновников. Кстати, никто не слышал, где он залег после скандала с мегаворовством на строительстве защитных сооружений? Уверен: мы о нем еще услышим, такие не тонут.

Намедни Ютюб подкинул мне интервью с постаревшим Васильевым. Послушал с интересом. Все тот же рубаха-парень, чрезвычайно умный и откровенный. Рекомендую: не оторветесь.

В его откровениях запомнилось не то, как он еженедельно летал к Березовскому в Лондон за «люлями и деньгами» и не то, как создавал «Гражданина поэта» в паре с Орлушей, Быковым и потомственным алкоголиком (оценка от Васильева) Ефремовым-джуниором. Мне запомнился его рассказ про проделки молодости, «модус вивенди» в его крымских трипах. Мне тоже довелось немало побродяжить, с друзьями по Крыму в том числе. Как водится – путешествовали почти без денег, чудом находя ресурсы на выпивку, в добывании которой мы преуспели не взирая на вечные очереди. Жили где придется, в основном на пляжах. Когда злобные менты окончательно достали своими ночными рейдами мы перебрались на крыши киосков (мое ноу-хау). Как и васильевская команда, тоже воровали еду в столовых, обносили фруктовые сады и бегали от погранцов при десантировании на гурзуфские Адалары.

Для нас это был единственно возможный способ курортного существования, когда денег нет, а моря хочется. Тогда на крымских тропах было много москвичей (больше, чем в нынешнем сезоне). И вели они себя примерно так же, как мы. Но была принципиальная разница: деньги у них были, но они предпочитали жить за чужой счет. Помню, к нашей кампании прилип москвич, как выяснилось – зубной техник. Периодически он куда-то исчезал, но непременно появлялся едва мы садились трапезничать и распивать алкоголь. По всем признакам в отличие от нас деньги у него водились, но расходовать их он предпочитал вне нашего коллектива. Наглый стоматолог окончательно нас достал, решив прокатиться с нами на прогулочном катерке, за наш счет, естественно. Был послан.

Это чисто московский стиль, что тридцать лет спустя подтвердил в интервью душка Васильев. По его признанию, он с друзьями отправился в Крым автостопом. При этом на всю компанию было 10 рублей, зашитых в трусы одного из бродяг. Десятку договорились потратить по возвращении в Москву – «это ж две бутылки водки!». В Крыму они помимо относительно приличных способов харчевания практиковали асканье (то есть попрошайничество). Что характерно: клянчили по десять копеек у девчонок. Просто представьте картину: сидишь ты в тенечке под акацией с десяткой в трусах и клянчишь у девчонок гривенник… Нам такое и в голову не могло прийти. Помню, в ходе одного из наших трипов при полном безденежье и перспективе голодной смерти мой товарищ зарабатывал игрой на флейте. У меня флейты не было – пришлось продать фотоаппарат. Но аскать (то есть попрошайничать) нам мораль не позволяла. Равно как харчеваться обьедками, как было принято у московских хиппарей.

Васильеву мораль позволяла все. Еще с тех давних времен я заметил, что у москвичей особая мораль, в основе которой – жизнь за чужой счет и полное игнорирование общечеловеческих норм. За это их, кстати, не любят не только украинцы, но и жители российских окраин. Слушал откровения Васильева и приходило понимание: это такой московский кураж - воспринимать аморальное как норму.

Неверно говорить про украинскую быдлоэлиту. У нас элиты просто нет – всю системно уничтожала империя. На России есть – вот такая вот беззастенчивая быдлоэлита, выпестованная советской властью. И когда я наблюдаю за происходящим за поребриком сегодня, не покидает ощущение: все что они творят у себя и у нас  – быдлячий кураж, когда все можно, когда не стыдно. Путин кристально аморален, ему не стыдно – ни перед своим изнасилованным народом, ни перед всем миром. Он пытается представить все это нормой. Еще больше трэша, дерьма и крови! Можно куражиться пока есть возможность и ресурс, пока девочки подают по десять копеек, а в обслуге у тебя – тебе подобные васильевы.