Союз рушимый. Часть 1

ИСД мог бы стать авторитетным брендом среди украинских финансово-промышленных групп. Однако вместо того, чтобы сливаться и соединяться, корпорация пошла по обратному пути, перерождаясь в некое одноклеточное существо, которое размножается почкованием. Даже как-то не с руки сегодня называть это образование “союзом”. Вначале вышел Ринат Ахметов. Затем многие близкие к ИСД структуры перестали быть его союзниками, предпочитая того же Ахметова или просто уйдя на вольные хлеба. Теперь наступила финальная стадия: расставание Виталия Анатолиевича с Сергеем Алексеевичем.

Знаковость события в том еще, что именно Виталий Гайдук считается идеологом создания Индустриального союза Донбасса в далеком 1995 году. Выстраивать бартерные схемы-жмурки между предприятиями Донбасса и под крылом ИСД способствовала должность Виталия Анатольевича, занимавшего в 1994-97 годах кресло заместителя главы Донецкой областной госадминистрации. Ведь практически сразу после формирования ИСД — в феврале 1996 года — тогдашний донецкий губернатор Владимир Щербань издал распоряжение, согласно которому ИСД стал единственной структурой, уполномоченной заключать договора с оптовыми импортерами природного газа по его поставке в область. Впрочем, вскоре ИСД был вынужден перейти на закупки газа через ЕЭСУ, компанию Юлии Тимошенко.

Сейчас Гайдук вновь не прочь пойти под начало Юлии Владимировны на пост вице-премьера по ТЭК. Тем более, ему не впервой — когда в правительстве Виктора Ющенко госпожа Тимошенко собственно и была вице-премьером по ТЭК, сам Виталий Гайдук в то время (2000-02 гг.) стал сначала замминистра, а затем и министром ТЭК. Поговаривали, что это назначение чревато переделом рынка поставок природного газа в Украину. Утверждения эти волне реалистичны, если припомнить более чем десятилетний опыт Юлии Владимировны и Виталия Анатольевича в этой сфере. Да и про связи ИСД с акционерами RosUkrEnergo мы уже писали.

Возможно, это и напугало президента, до сих пор так и не одобрившего назначение Гайдука. Причем дело может быть не только во все более усиливающемся соперничестве премьера и Президента. Ведь у последнего наверняка свежа в памяти лоббистская активность Виталия Анатольевича в топливно-энергетической сфере, имевшая место всего год назад, в его недавнюю бытность Секретарем Совета Национальной безопасности и обороны.

Между тем, заявлениями об очередном возвращении нашего героя на госслужбу не преминул воспользоваться его “не просто бизнес-партнер” Сергей Тарута. “В ближайшее время мы станем свидетелями очередного возвращения Виталия Анатольевича в политикум”, — заявил Тарута в интервью, опубликованном в подконтрольной ему газете “Экономические известия”. И добавил: “По нашему взаимному согласию он [Виталий Гайдук] принял решение не разделять бизнес, а просто выйти из него — продать свою долю акционерам компании и посвятить себя в дальнейшем политической карьере”.  

Вот с этого момента и начинаются конкретные вопросы. Во-первых, если Гайдук продает свою долю (формально — долю супруги Елены Гайдук) другим акционерам (Сергею Таруте), то такая сделка подразумевает оплату. По различным оценкам, рыночная стоимость основных активов ИСД может потянуть на 9 млрд. долларов. Значит, любезный друг Тарута, изволь уплатить за развод от 4 до 5 миллиардов долларов США. Понятно, столь внушительной суммы свободных средств у Сергея Алексеевича нет, даже если он продаст свои знаменитые археологические раритеты. Не будет таких средств у Таруты, даже если он потребует выплат причитающихся долей прибыли. Так, чистая прибыль Днепровского меткомбината им. Дзержинского за 2007 год едва достигает 107 млн. долларов. Результаты Алчевского меткомбината еще скромнее. Таким образом, половина прибыли от украинских активов даст Таруте немногим более 100 млн. долларов, что составит жалких 2-3% от требуемой суммы. Конечно, можно учесть и зарубежные активы, однако в корне это также ничего не изменит, особенно если принять во внимание огромную кредиторскую задолженность предприятий ИСД. Сам Тарута хвастается, что в 2007 году ИСД был на пике капитальных инвестиций: более 1 млрд. долларов на модернизацию предприятий в Украине, Польше и Венгрии. Это, помимо прочего, означает, что если в стране разразится кризис ликвидности, о котором уже вовсю кричат экономисты, одной из первых жертв может стать Индустриальный союз Донбасса.  

Конечно, можно предположить правоту Министерства экономики, заявлявшего, что ИСД является лидером по выводу офшорных средств из страны — теперь частью из них Сергей Тарута сможет воспользоваться, дабы выкупить причитающуюся долю.

В 2006 году украинские предприятия ИСД экспортировали продукцию более чем на 1,7 млрд. долларов, а в 2004-05 годах — примерно на 0,9 млрд. долларов, а в 2003-м — на 0,5 млрд. долларов. Стоит, конечно, учесть, что в середине 2000-х значительная часть экспорта шла непосредственно через корпорацию ИСД (сам Гайдук как-то заявил, что у ИСД “и прибыль, и доход, и многие показатели баланса являются коммерческой тайной”). Даже если предположить, что в среднем около трети от реальных экспортных продаж оседало на офшорных счетах, выходит, что с 2000 по 2007 годы владельцы ИСД смогли бы аккумулировать в офшорах 2,3-3 млрд. долларов.

Правда, значительная часть таких средств идет на реинвестиции — при перегонке через офшоры инвестиции обходятся дешевле. Сам Тарута год назад заявил, что половину инвестиций ИСД делает за счет собственных средств. Поскольку, например, в 2006-07 годах полученной прибыли едва хватит на одну четверть объемов инвестирования, получается, половину вложений за счет собственных средств обеспечивают средства, аккумулированные вне предприятий.

Также выведенные средства идут на покупку и развитие бизнеса за рубежом. Так, например, официальные прямые инвестиции из Украины в Венгрию составили 0,1 млн. долларов, тогда как учет непрямых инвестиций, главным образом в комбинат Dunaferr, увеличивает эту сумму до 600-650 млн. долларов. Схожая ситуация и с польскими активами ИСД.

Выходит, что учет реинвестиций и затраты на зарубежную экспансию снижают возможные аккумулированные вне Украины средства ИСД до 1-1,5 млрд. долларов. Если это хотя бы примерно соответствует действительности, неясно, как реально подобные средства могут быть распределены. Итого у Сергея Таруты для выкупа доли в ИСД будет половина этой суммы — 0,5-0,8 млрд. долларов (даже с учетом отказа от доли прибыли за прошлый год). Или от 10% до 20% за половину ИСД, если, конечно, оценка рыночной стоимости этой корпорации не слишком завышена (вспомним, когда Алишер Усманов оценил капитализацию ИСД в 5-7 млрд. долларов, собственники корпорации обиделись, посчитав эти цифры заниженными).

Как бы то ни было, средств у Таруты, чтобы выкупить долю Гайдука в ИСД, просто нет. А ситуация развода есть. Какой выход?

Продолжение следует.

Источник: Укррудпром