«Как провожают пароходы». Часть 2

Вместо изучения и решения проблем морских перевозок, чиновники искали виновных. Против руководителей судоходных компаний возбуждались уголовные дела, которые вскоре закрывались, пароходства терроризировали проверяющие всех мастей.

Впрочем, у этих проверок был еще и второй скрытый смысл. АМП, так и не отданное под чей-то протекторат, являло лакомый кусок. Сначала Бандуру попытались взять под контроль днепропетровские криминальные структуры. Заинтересованные товарищи выходили на тогдашнего премьера Лазаренко с просьбой снять несговорчивого начальника пароходства. Также Бандуре предлагали 10 млн. долларов наличными с условием, что он оставит кресло руководителя пароходства. Были предложения и иного характера: условием продолжения его работы и снятия прессинга в виде нескончаемых проверок называли регулярные выплаты отступного чиновникам в Донецке и Киеве. Однажды Антолию Ивановичу довелось услышать прозрачный намек о необходимости подарить морскую яхту в 250.000 долларов сыну одного из руководителей Донецкого края.

Бандуру начали прессовать в 1997 году, а в 1999-2000-м годах давление достигло заоблачных высот. За 1999 год в журнале Регистрация проверок в АМП зафиксировано 43 посещения представителями проверяюще-контролирующих органов - всего 103 человека. Из 20 проверок, проведенных налоговыми инспекциями, только одна была плановой. В АМП работали сотрудники налоговых инспекций Краматорска, Константиновки, Дружковки, Славянска, Донецка. Большинство из них не только не понимали нюансов морского дела, но и попросту не могли уяснить содержания документов, большая часть которых составлена на английском языке.

Проверяющие преследовали одну цель: выявить криминал в ходе продажи судов. Но криминала не было как такового, все проверки закончились ни чем. Отчуждение судов проводилось в строгом соответствии с законом, свидетельством чему - разрешения Минтранса и ФГИ (стр.1-7; стр.8-15), ведомости результатов продажи и сведения об отчуждении судов, (стр.1-4; стр.5-8), смета использования средств от продажи арендованных основных средств. Продать судно по инициативе начальника пароходства это абсурд и криминал чистой воды, который гарантировал бы Бандуре немедленное заточение в темницу. Но проверяющие из налоговой, прокуратуры, СБУ, КРУ в упор не замечали документов, настойчиво возбуждая все новые уголовные дела, накладывая финансовые санкции, арестовывая счета. Все это в конце-концов заблокировало работу пароходства, повлекло астрономические убытки. Судно обслуживают за границей, а рассчитаться за работу нет возможности счет заблокирован. Вменяются штрафы, суда арестовывают в иностранных портах... Приходилось немедленно переправлять средства из одного зарубежного представительства на уплату расходов по обслуживания судов в других странах. Пароходство лихорадило, все это становилось поводом для возбуждения очередного дела. В дальнейшем АМП добилось через Арбитражный суд признания всех решений о применении финансовых санкций неправомочными, а все уголовные дела рассыпались.

Помимо этого, суда пароходства арестовывали в зарубежных портах по искам к государству Украина. Ущерб по каждому такому судну от 200 до 500 тысяч долларов. Выкупало же суда пароходство, а государство Украина скромно не замечало своих долгов.

Возможно, именно отстраненная позиция собственника-государства и нескончаемые наезды подтолкнули Бандуру к идее приватизации флота АМП. Напомним: до последнего момента корабли, являвшиеся собственностью государства, находились в аренде у пароходства. Впрочем, сам Бандура объяснял свое желание иначе. По его словам, поскольку государство не желало вкладывать деньги в развитие, прежде всего в строительство новых судов, спасти флот могли лишь частные инвестиции, прежде всего зарубежные. Но существование АМП в виде акционерного общества, где 80% акций принадлежат государству, отпугивало инвесторов. Бандура предлагал провести процесс приватизации с приоритетным правом на часть акций у работников АМП (а это несколько тысяч человек), вторую часть оставить государству. Но едва он начал делать шаги по пути приватизации, у пароходства начались крупные проблемы - на АМП положили глаз иные влиятельные товарищи.

25.10.99 г. ФГИ направило письмо о возобновлении приватизации, а уже 08.12.99 г. оно же издает приказ о ее приостановке. В то же время Донецкая прокуратура настойчиво пыталась добиться разрыва договора аренды с пароходством. Это гарантировало бы моментальный коллапс пароходства, его разорение, арест судов за рубежом. Ведь в таком случае флот лишился бы единственного своего оператора АМП. Стоимость судов в такой ситуации упала бы многократно, государству был бы нанесен грандиозный финансовый ущерб. Но инициаторов подобного наезда с фамилиями, хорошо известными в донецком крае и не только Махивского, Сивоконя, Пшонку, начальника ФГИУ по Донецкой области Лазаренко такая перспектива не пугала. Ведь после этого флот можно было забрать по дешевке. В 2000 году прокурор Донецкой области обратился в Арбитражный суд с иском о взыскании арендной платы с АМП (была ли задолженность перед государством это большой вопрос) и разрыве договора аренды. Тогда флот удалось отстоять: в иске было отказано.Чтобы додавить неуступчивого Бандуру, к прессингу подключились СМИ. А наиболее гневные обвинения озвучивали люди в генеральских погонах. Анатолий Бандура, не выдержав, вчинил иски к газетам, в частности к Зеркалу недели, обвинившей начальника АМП в продаже судов за бесценок.

Находясь под жесточайшим давлением, Бандура все еще сопротивлялся, надеясь спасти флот. Тогда оппоненты использовали последний аргумент. В октябре 2000 года Анатолий Бандура лечился в Киеве. Навестить больного приехал его заместитель Сергей Прусиков. В действительности тот прибыл не интересоваться здоровьем начальника, а передать черную метку. Прусиков сообщил ультиматум больших донецких товарищей: если Бандура не отдаст пароходство, его повесят на куске медной проволоки. Анатолий Иванович понял, что отказ равен самоубийству и тут же, в больничной палате, написал заявление об уходе по состоянию здоровья. Его место занял Прусиков. Он-то в конце-концов и способствовал передаче судов АМП в ТФД. Сегодня Прусикова ищут, но он не спешит домой из-за рубежа, понимая, что его ищут как те, кому он нужен как свидетель, так и те кому, для кого такой свидетель крайне нежелателен.